Владимир НАДЕЖДИН
Чем дальше уходят в историю события Великой Отечественной войны, тем больше наслаивается на них разных неточностей, домыслов, а то и фальши, и лжи.
Ветераны отмечают, что во многих литературных произведениях, теле- и кинофильмах нередко искажается правда, особенно когда речь идет о деталях военного быта. Каким он был, как солдаты выживали в морозы и зной на передовой, между боями? На эти и другие вопросы редакция попросила ответить ветерана Великой Отечественной войны, прошедшего ее от начала до конца, Михаила Федоровича ЗАВОРОТНОГО. После Победы бывший старший сержант Красной Армии и поручик Армии Людовой работал в республике на руководящих должностях - был председателем Могилевского облисполкома и заместителем председателя Госплана БССР.
Михаил Федорович, можно ли говорить о какой-то упорядоченности в солдатском быту во время Великой Отечественной войны?
- Солдатский быт можно разделить на несколько категорий, связанных с тем, где располагалась та или иная часть. Самые большие тяготы выпали людям, находящимся на передовой линии, - там не было никакого привычного умывания, бритья, завтрака, обеда или ужина. Есть расхожий штамп: мол, война войной, а обед по расписанию. На самом деле такого распорядка не существовало, а уж тем более не было никакого меню.
В связи с этим приведу один эпизод. Перед войной я был курсантом первого Киевского артиллерийского училища, и когда начались боевые действия, нас стали выдвигать на передний край обороны украинской столицы. Мы остановились на привал в расположении какой-то воинской части. Там стояла полевая кухня, где что-то варилось. Подошел лейтенант в новом обмундировании со скрипучей портупеей и спросил у повара: «Иван, что сегодня будет на обед?». Тот ответил: «Борщ с мясом и каша с мясом». Офицер вскипел: «Что? У меня люди на земляных работах, а ты будешь кормить их борщом с мясом! Смотри у меня - чтоб было мясо с борщом!»
Но такое было только в редкие дни войны. Надо сказать, что тогда было принято решение не дать врагу захватить колхозный скот. Его старались вывести, а где это было возможно, сдавали воинским частям.
Совсем по-другому сложилась ситуация под Москвой зимой 1941-1942 гг., когда стояли сорокаградусные морозы. Ни о каком обеде речи тогда даже не шло. Мы то наступали, то отступали, перегруппировывали силы, и как таковой позиционной войны не было, а значит, невозможно было даже хоть как-то обустроить быт. Обычно раз в день старшина приносил термос с баландой, которая называлась просто «пищей». Если это происходило вечером, то был ужин, а днем, что случалось крайне редко, - обед. Варили то, на что хватало продуктов, где-нибудь неподалеку, так, чтобы враг не смог увидеть кухонного дыма. А отмеряли каждому солдату по черпаку в котелок. Буханку хлеба резали двуручной пилой, потому что на морозе он превращался в лед. Бойцы прятали свою «пайку» под шинель, чтобы хоть немного согреть.
У каждого солдата в то время была за голенищем сапога ложка, как мы ее называли, «шанцевый инструмент» - алюминиевая штамповка. Но должен сказать, что она выполняла роль не только столового прибора, но и была своего рода «визитной карточкой». Объяснение этому такое: существовало поверье, что если ты носишь в брючном кармане-пистоне солдатский медальон: маленький черный пластмассовый пенал, в котором должна лежать записка с данными (фамилия, имя, отчество, год рождения, откуда призван), - то тебя обязательно убьют. Поэтому большинство бойцов просто не заполняли этот листок, а некоторые даже выбрасывали сам медальон. Зато все свои данные выцарапывали на ложке. И поэтому даже сейчас, когда поисковики находят останки солдат, погибших во время Великой Отечественной войны, их фамилии устанавливают именно по ложкам.
Во время наступления выдавали сухой паек - сухари или галеты, консервы, но они по-настоящему появились в рационе, когда американцы объявили о вступлении в войну и стали оказывать Советскому Союзу помощь. Мечтой любого солдата, между прочим, были ароматные заокеанские сосиски в банках.
- А действительно ли выдавались «фронтовые сто грамм»?
- Спиртное давалось только на передовой. Как это происходило? Приезжал старшина с бидоном, а в нем находилась какая-то мутная жидкость светло-кофейного цвета. На отделение наливался котелок, а дальше каждому отмеряли колпачком от 76-миллиметрового снаряда: он отвинчивался перед выстрелом, освобождая взрыватель. Было это 100 или 50 грамм и какой крепости, никто не знал. Выпил, «закусил» рукавом, вот и вся «пьянка». К тому же с тыла фронта эта спиртосодержащая жидкость доходила до передовой через многих, как сейчас говорят, посредников, поэтому уменьшались и ее объем, и «градусы».
- Часто в фильмах показывают, что воинское подразделение располагается в деревне, где условия жизни более или менее человеческие: можно помыться, даже сходить в баню, поспать на кровати…
- Такое могло быть только в отношении штабов, располагавшихся на некотором удалении от линии фронта. А на самой передовой условия были совершенно иными - максимально суровыми.
- А как были одеты воины?
- Нам в этом смысле повезло. Бригада, в которой я служил, формировалась в Сибири, и дай бог всем такую экипировку, которую имели мы. У нас были валенки, обычные и байковые портянки, тонкое и теплое белье, хлопчатобумажные шаровары, а еще ватные штаны, гимнастерка, стеганая телогрейка, шинель, подшлемник, зимняя шапка и варежки из собачьего меха. А когда мы приехали под Москву, то увидели другие части: солдаты были плохо одеты, многие, особенно раненые, обморожены.
- Но долго ли можно было выдержать на морозе даже в такой, как у бойцов вашей части, одежде? Где вы спали?
- Человек может перенести даже самые экстремальные условия. Спали чаще всего в лесу: нарубишь еловых веток, сделаешь из них ложе, сверху тоже накроешься этими лапами и ложишься на ночлег. Конечно, случались и обморожения: у меня до сих пор дает о себе знать обмороженный палец: им приходилось наводить прицел орудия.
- А как же пресловутая «землянка в три наката», «бьется в тесной печурке огонь»?
- За всю войну я только три раза обустраивал землянки. Первый - во время переформирования бригады в тылу под Москвой. Второй - после госпиталя, когда нас, выздоравливающих, вновь обучали военному делу под городом Пугачев Куйбышевской области. И третий - когда мне довелось служить в составе партизан Армии Людовой, сформированной из местного населения и бежавших из немецкого плена бойцов Красной Армии. Все польские офицеры служили в Первой польской дивизии, сформированной в СССР и приняли участие в боях под местечком Ленино в Горецком районе Могилевской области. После соответствующей подготовки 11 офицеров Войска польского и я (радист) были сброшены на парашютах в глубокий тыл немцев для укрепления командными кадрами партизанских отрядов, действовавших в районе Лодзи, Ченстоховы, Радомско, Петрикова. Тогда, действительно, особенно зимой, рылись землянки, делались из бочек печки, вместо кроватей в земле выкапывались лежанки, которые застилали лапником. Но такие землянки были очень небезопасным местом: если попадал снаряд, то погибали все, кто там находился. Когда вели бои под Сталинградом, то в качестве оборонительных сооружений использовали пролегавшие в степи овраги-балки, в которых рыли подобия пещер, где и ночевали.
- Но, наверное, части и подразделения не всегда находились на передовой, их меняли на свежие войска?
- В нашей армии такого не было, в тыл выводили только в том случае, когда от части почти ничего не оставалось, кроме ее номера, знамени и горстки бойцов. Тогда соединения и части направляли на переформирование. А у немцев, американцев и англичан принцип смены применялся. Более того, солдатам давали отпуска для поездок домой. У нас же из всей 5-миллионной армии, и сегодня я могу сказать об этом предельно серьезно, только за особые заслуги немногие получили отпуска.
- Есть известные слова песни из кинофильма «Щит и меч»: «который месяц не снимал я гимнастерку, который месяц не расстегивал ремней». Неужели так было и в самом деле?
- Под Москвой мы пошли в наступление 5 декабря 1941 г., и только 30 апреля 1942 г. наша бригада была выведена на переформирование, потому что от нее почти ничего не осталось. Все это время мы были на передовой и ни о какой бане, ни о каком переодевании речи не могло идти. Было негде это сделать и некогда. Могу привести только один пример, когда мне пришлось «помыться», - вынужденно. Это было при освобождении родины П.И.Чайковского - города Клина. Я увидел на льду реки Руза клок сена. А поскольку орудия у нас были на конной тяге, подумал: надо взять и покормить лошадь. И хотя мороз доходил до 40 градусов, я, пройдя всего несколько метров по льду, провалился в воду. Хорошо, что у нас были 3-метровые шомпола-банники для чистки пушечных стволов. Товарищи протянули мне такой шест и вытащили из реки. Вода сразу же на мне замерзла, и понятно, что надо было где-то отогреваться. Спас меня дом великого композитора, который горел. Я добежал до него, разделся догола и стал греться и сушить одежду. Все кончилось благополучно, лишь сломались, высохнув, варежки из собачьего меха. Только я успел одеться и выбежать из дома, как рухнула его кровля.
- Но если не получалось соблюдать элементарные правила гигиены, то, наверное, возникала опасность инфекционных болезней…
- Существовала проблема завшивленности, особенно в теплое время года. Но в войсках достаточно эффективно работали санитарные службы. Были специальные «вошебойки» - машины с закрытыми кузовами-фургонами. Туда загружалось обмундирование и обрабатывалось горячим воздухом. Но это делалось в тылу. А на передовой мы разжигали костер так, чтобы не нарушить правила маскировки, снимали нижнее белье и приближали его к огню. Вши только трещали, сгорая! Хочу отметить, что даже в таких суровых условиях неустроенности быта в войсках не было сыпного тифа, который обычно переносят вши.
- А когда войска стали одевать в полушубки, для поставок которых в СССР, как утверждается, в Монголии пустили под нож чуть ли не всех овец?
- О них очень много рассказывают, но на самом деле такое обмундирование получили очень немногие. В газете «Народная воля» в девяти номерах опубликованы заметки некого Ильи Копыла, в которых рассказывается якобы «правда» о войне. Он пишет: о каком партизанском движении могла идти речь в Беларуси? Мол, это были московские организации НКВД, которых сбрасывали с самолетов в шикарных белых полушубках. Они организовывали диверсии против гитлеровцев, скрывались после этого в лесах, а страдали от таких «провокаций» местные мирные жители, с которыми расправлялись разозленные немцы - вплоть до сжигания деревень.
Более того, этот автор, кстати, прослуживший всю жизнь в Советской армии, правда, уже в мирное время, настаивает на том, что никакой Великой Отечественной войны в Беларуси не было, что Германия в сговоре с Советским Союзом напала на Беларусь. А борьба на ее территории шла между «московскими партизанами» и полицаями. Это абсурд, ведь БССР была неотъемлемой частью СССР! Выходит, наша республика сама напала на себя?!
Получается, что этот человек, находясь в рядах Вооруженных сил СССР, а затем России, 25 лет носил камень за душой и решился на это псевдооткровение, только когда получил от государства высокую пенсию: она вдвое больше, чем у меня, ветерана войны, а в дальнейшем председателя Могилевского облисполкома и заместителя председателя Госплана БССР.
Личные воспоминания о войне этого с позволения сказать автора сводятся к тому, что его, тогда мальчика, «добрые» оккупанты угостили шоколадкой.
Ветераны войны выразили протест против этой публикации, выставив пикет у здания редакции «Народной воли», и потребовали ответа у руководителей газеты, но главный редактор газеты И.Середич объяснил это свободой слова и печати. Позор!
Надо понимать, что самые молодые ветераны, которых во время Великой Отечественной войны призвали на фронт, - 1927 г. рождения, а им уже сегодня 83 года. Пройдет максимум 10 лет, и непосредственных участников войны не останется. Кто защитит правду о борьбе нашего народа с гитлеровской экспансией? Поэтому я считаю, что в республике нужен закон, который бы ограждал память о войне от посягательств разного рода фальсификаторов. Ведь карается у нас разжигание национальной розни! Почему же остаются безнаказанными диверсии против самих основ жизни нашего народа - его истории?! Почему молчат идеологическая вертикаль, Министерство обороны?
И если вернуться к тем, прямо скажу, нечеловеческим условиям, в которых пришлось воевать, то только наш народ мог выдержать все эти испытания, никакие французы, англичанине или американцы не смогли бы перенести такие тяготы и внести решающий вклад в разгром коричневой чумы.
ВОВ многогранна, на эту тему написано много книг, статей, мемуаров и воспоминаний. Но долгое время под воздействием идеологии эти темы освещались в основном с политической, патриотической или общевоенной точки зрения, роли каждого отдельно взятого солдата уделялось очень мало внимания. И только во времена хрущевской «оттепели» стали появляться первые публикации основанные на фронтовых письмах, дневниках и неопубликованных источниках, освещающие проблемы фронтового быта, периода Отечественной войны 1941 – 1945 г. Как жили солдаты на фронте, чем занимались в короткое время передышек, что ели во, что были одеты, все эти вопросы важны в общем вкладе в великую победу.
На начальном войны солдаты носили гимнастерку и штаны с накладками из брезента в районах локтей и колен, накладки эти продлевали срок службы обмундирования. На ногах носили ботинки и обмотки, которые были главным горем всей служивой братии, особенно пехоты так, как они были неудобными, непрочными и тяжелыми.
Вплоть до 1943 года непременным атрибутом являлась так называемая "скатка", скатанная и надетая через левое плечо шинель, доставляющая массу хлопот и неудобства от, которой солдаты избавлялись при любом удобном случае.
Из стрелкового в первые годы войны большим почтением и любовью у солдат пользовалась легендарная "трехлинейка", трехлинейная винтовка Мосина образца 1891 г. многие солдаты давали им имена и считали винтовку настоящим боевым товарищем ни когда не подводящим в тяжелых условиях боя. А вот например винтовку СВТ-40 не любили из за ее капризности и сильной отдачи.
Интересную информацию о жизни и быте солдат содержат такие источники информации, как воспоминания, фронтовые дневники и письма, менее всего подверженные идеологическому влиянию. Например традиционно считалось, что солдаты жили в блиндажах и дотах. Это не совсем верно, большинство солдат располагалось в окопах, траншеях или просто в ближайшем лесу ни сколько об этом не жалея. В дотах было всегда очень холодно в то время еще не существовало систем автономного отопления и автономного газоснабжения , которыми мы сейчас пользуемся например для отопления дачи и поэтому солдаты предпочитали ночевать в окопах, накидав на дно веток и растянув сверху плащ-палатку.
Питание солдат было нехитрым "Щи да каша-пища наша" эта пословица точно характеризует паек солдатских котелков первых месяцев войны и конечно же лучший друг солдата сухарь, любимое лакомство особенно в походных условиях, например на боевом марше.
Также солдатский быт в кроткие периоды отдыха невозможно представить без музыки песен и книг, рождавших хорошее настроение и поднимавших бодрость духа.
Но все-таки самую важную роль в победе над фашизмом сыграла психология русского солдата, способного справиться с любыми бытовыми трудностями преодолеть страх, выстоять и победить.
Как выжить в армии. Книга для призывников и их родителей Пономарев Геннадий Викторович
Быт солдата. Жизнь в армии
Быт солдата. Жизнь в армии
В этой главе. Бытовое обустройство военнослужащего. Казарма - что это такое. Поддержание чистоты. Режим дня солдата. Обучение: занятия теоретические и практические. Питание - нормы и реальность. Увольнения - радостные часы армейской жизни. Наряды и караулы: суровые будни армии
Родина берет на себя обязанности по обеспечению их нормального функционирования в нормальных условиях. И для этого кормит, поит, спать укладывает и сказку на ночь рассказывает. Ну и понятно, что для того чтобы было где спать, Отчизна предоставляет апартаменты, в простонародье именуемые казармами. В этой казарме для вас будут оборудованы специальные помещения, в которых можно делать все, что нужно солдату для полноценного существования. Там есть спальное помещение, комната для хранения оружия и место для чистки его, место для спортивных занятий, комната бытового обслуживания, кладовая, место для курения и чистки обуви, сушилка, комната для умывания, душевая, туалет. Согласитесь, не каждая квартира может состоять из такого количества помещений. Правда, в то же время не в каждой квартире приходится хранить оружие.
Наверное, не будет неожиданностью, если я скажу, что у вас будет своя кровать. Из радостных новостей - на ней вы проведете около трети положенного по закону времени пребывания в армии. Это я о сне напоминаю. В зависимости от количества одновременно проживающих бойцов и просторности помещения кровати ставятся в один или два яруса. Я в учебке, например, спал на втором ярусе, а в части второго яруса вообще не было. В случае вашего попадания в подразделение с ярко выраженными неуставными отношениями рекомендую по возможности занимать койку в Нижнем ярусе, а если в верхнем, то над своим братом - молодым солдатом. В противном случае в одно прекрасное мгновение вы рискуете получить удар снизу по сетке кровати от не в меру расшалившегося «дедушки».. С последующим вашим катапультированием. Без раскрытия парашюта.
Для того чтобы вы могли где-то хранить свои вещи, придумана прикроватная тумбочка. В нее можно класть туалетные и бритвенные принадлежности, носовые платки, подворотнички, принадлежности для чистки одежды и обуви, другие мелкие предметы личного пользования, а так же книги, уставы, фотоальбомы, тетради и письменные принадлежности. Все. Все остальное может быть экспроприировано в ходе осмотра тумбочки сержантом. Кроме того, помните, что вы живете в казарме не один и то, что положено туда вами, может быть без разрешения извлечено вашими сослуживцами. Время от времени таких сослуживцев ловят на очередной краже и примерно наказывают в официальном или неофициальном порядке (в зависимости от нравов, царящих в подразделении). Воров, как вы догадываетесь, в армии не любят.
Постель военнослужащих, размещенных в казарме, состоит из одеяла, подушки, матраса с наматрасником и постельного белья. Постели в казарме должны быть заправлены единообразно. Это правило - предмет особой заботы сержантов и старослужащих. Готовьтесь к тому, что вам придется учиться заправлять постель таким образом, чтобы все полоски на одеялах всех кроватей составляли единую линию от начала и до конца спальни. Я бы не назвал это легкой задачей. Для этого вначале выравниваются сами кровати (так, чтобы они составляли идеально прямую линию), а потом - уже и одеяла. Неоценимую помощь в этом может оказать катушка ниток, по которой и равняются кровати.
Кроме того, от солдат требуется не просто аккуратная заправка постелей, но приведение их в образцово-показательное состояние. Попробуйте сделать это при наличии подержанного матраца в буграх! В общем, готовьтесь к придиркам и по этому поводу. Через месяц, я думаю, вы в совершенстве овладеете этой наукой, и проблемы сами собой отпадут. А умение превращать круглое в квадратное останется. Возможно на всю жизнь.
Постель в казарме днем - это священная корова. На нее можно молиться, любоваться, но не садиться или ложиться на нее. Логика очень простая - лежащий солдат расслабляется, и у него появляются отвлекающие от службы мысли, которых быть не должно. И потому день солдата расписан с утра и до вечера. Но об этом мы еще поговорим.
В личное пользование кроме тумбочки солдат получает еще и табуретку. Изначально она предназначена для того, чтобы класть на нее свое обмундирование на время сна. Кроме сапог, разумеется. При необходимости одежда, белье и обувь покидают на ночь своего владельца и просушиваются в специально оборудованных помещениях. Вторая полезная функция сушилок у нас в части заключалась в том, что солдаты второго года службы, могли откосить в ней от утренней зарядки и поспать лишних полчаса.
Так как обычно шинели и противогазы на табуретках не помещаются, то в казарме обязательно обустраивается и открытое место для хранения подобных вещей. И потому как это место открыто, готовьтесь к тому, что отделяемые части вашего личного имущества могут перекочевывать в чужое владение. Более всего это у нас касалось хлястиков от шинелей. Без хлястика солдат, как говорится, не солдат, и потому перед вами стоит дилемма: или получать каждый раз замечания от кого ни попадя (а это действительно так), или решить проблему возвращения хлястика законному владельцу. И так как устав не предполагает стандартных действий в подобной ситуации, а обращение к старшине роты или каптенармусу обычно приводит к ответу «ищи сам» (в оригинале - «в армии не крадут, в армии прохлопывают») то чаще всего приходится действовать нестандартно. Например, путем осмотра чужих шинелей искать хлястик, наиболее похожий на ваш, и после этого водворять его на законное место. Другой вопрос, что этот предмет может оказаться совсем не вашим. И другой солдат начнет исследовать чужие шинели на предмет поиска элемента своей воинской формы. Эпидемия эта временами прекращается, временами разгорается с новой силой до тех пор, пока не доходит до каптенармуса или приближенных к нему лиц. А уж они-то всегда найдут возможность взять с общего солдатского склада то, что им нужно. Опытный человек посоветует вам пришивать хлястик намертво. Так, чтобы снять именно его оказалось бы сложнее, чем соседний. Подобный совет можно дать и по другим поводам. Есть предмет, за который ты отвечаешь в армии, - береги его. Изъятие его у тебя должно сопровождаться большими трудностями, чем подобное же изъятие его у соседа.
Закончу философские размышления и вернусь к обустройству казармы, которое на самом деле может оказаться не совсем таким, как описано в уставах. Для проведения водных процедур в дни между посещениями бани в казарме оборудуется душевая из расчета один кран на 15–20 человек, устанавливаются умывальники - один кран на 5–7 человек и не менее двух ванн с проточной водой для мытья ног, а также, оборудуется место для стирки обмундирования. Если вы еще не догадались, то сообщаю, что стирку своих вещей вы тоже осуществляете сами. Исключение составляют нижнее белье и портянки, которые меняются еженедельно при посещении бани.
Для чистки одежды и обуви также имеется свое место. Сама по себе чистка не представляет собой ничего сложного. Я могу только посоветовать не использовать тот состав, который лежит для общего пользования - им вы никогда не добьетесь того блеска, который присущ сапогам старослужащих. Кроме обеспечения должного блеска, нормальный крем пропускает намного меньше влаги и практически не пачкает портянки - в отличие от казенного состава. Не удивляйтесь, если, почистив первый раз обувь, вы обнаружите весь крем на новых до этого мероприятия портянках, бывших белоснежными, а ставших после этой процедуры черными. Так будет до тех пор, пока поры кожи на обуви не заполнятся кремом до конца, и только после этого ваши портянки смогут и после чистки оставаться относительно светлыми.
Как совет - если вы хотите, чтоб ваши сапоги дольше не пропускали воду, то сразу после получения следует сделать следующее: разогреть сапожный крем (нормальный, а еще лучше, если крем, содержащий воск или парафин) и густо намазать сапоги, после чего на ночь поместить их в сушилку (или другое теплое место, если она не работает). Утром удалить остатки не впитавшегося крема и довести внешний вид сапог до требуемого состояния. Затем периодически повторяйте данную процедуру.
Курение в казарме разрешается в специально отведенных и оборудованных местах. Это означает, что вы не сможете обкуривать своих сослуживцев и превращать казарму в подобие маленького вулкана. Это не принято.
По уставу отцы-командиры должны зорко следить за вашим физическим состоянием и потому, вероятно, будут размещать в помещении для спортивных занятий спортивные тренажеры, гимнастические снаряды, гири, гантели и другой спортивный инвентарь. Но это - только возможность, которая в реальности может обернуться убогим турником в углу.
Как мы уже говорили, вам придется следить за своей прической, зашивать и гладить обмундирование и ремонтировать свои сапоги. Для всего этого служит комната бытового обслуживания, которая тоже расположена в казарме.
Теперь осталось добавить, что то оружие, которое вам доверено на время службы, тоже будет находиться рядом со спальным помещениём. Оно будет храниться в отдельной комнате с металлическими решетками, находящейся под постоянной охраной наряда. Это делается для того, чтобы вы при необходимости могли как можно скорее приступить к выполнению боевой задачи, а именно к защите Родины.
Из развлечений в казарме присутствует телевизор. Фотоаппараты, магнитофоны, радиоприемники и другая техника может находиться в казарме только в том случае, если командир полка издал приказ, что такого рода предметы не нарушают установленных правил внутреннего распорядка и не нанесут ущерба воинской дисциплине в подразделении. Сейчас существует требование, что фотоаппараты, приемники, магнитофоны и им подобные устройства должны храниться у старшины и выдаваться при убытии в увольнение (а по прибытию, соответственно, сдаваться обратно).
Я, например, за все время своей службы фотографировался всего, наверное, раза три. И то фотографом выступал прапорщик со своим аппаратом. Наличие фотоаппарата при отсутствии разрешения на него приравнивается к серьезному проступку, тут я, возможно, несколько преувеличиваю, но, в принципе, и без этого проблем в армии у вас будет предостаточно. Так что рекомендую выполнять все требования секретности. Тем более что в каждой части наличествует особое подразделение или отдел или хотя бы представитель спецслужбы в офицерских погонах, который обязан следить за тем, что вы фотографируете, что вы говорите товарищам, о чем вы думаете…
В первые дни пребывания в части меня вызвал такой и долго допытывался, чем я занимался на гражданке. Мне как-то неловко было признаться, что просто читал книжки, да играл в футбол, и потому пришлось что-то придумать для майора. В результате он меня записал в «фарцовщики» (по-нынешнему, наверно, это ближе к бизнесменам, а в социалистические времена - спекулянты и потенциальные уголовники), хотя я об этом не имел никакого представления. В результате мне не предложили должность «стукача». И майору пришлось подыскивать более достойную кандидатуру.
А теперь отвлечемся от воспоминаний и вернемся в казарму. В спальных помещениях или в других помещениях для личного состава на видном месте должны быть вывешены на специальных щитах распорядок дня, расписание занятий, листы нарядов, схема размещения личного состава, опись имущества и необходимые инструкции. Сделано это для того, чтобы вы в любой момент могли узнать, что предстоит делать сегодня, завтра и все последующие дни.
И, понятное дело, что если вы где-то живете, то должны быть люди, ответственные за то, чтобы вы жили в чистом помещении. Если до армии с большой вероятностью это были ваши мамы и сестры, то теперь вам придется все делать самим. Как бы вы этому не противились.
Из книги Большая Советская Энциклопедия (ГО) автора БСЭ Из книги Большая Советская Энциклопедия (НА) автора БСЭ Из книги Большая Советская Энциклопедия (ЮН) автора БСЭ Из книги Петербург в названиях улиц. Происхождение названий улиц и проспектов, рек и каналов, мостов и островов автора Ерофеев АлексейУЛИЦА СОЛДАТА КОРЗУНА 16 января 1964 года новая улица в Ульянке получила имя Героя Советского Союза Андрея Григорьевича Корзуна (1911-1943).Андрей Корзун – украинец. Но родился он в Белоруссии, в Гомельской области, а погиб в Ленинграде. Это произошло 5 ноября 1943 года в Лесном
Из книги 100 великих сокровищ России автора Непомнящий Николай НиколаевичМогила Неизвестного солдата у кремлёвской стены Прах Неизвестного солдата, павшего в кровопролитных боях в 1941 году и похороненного в братской могиле на 41-м км Ленинградского шоссе, был перезахоронен у стены Кремля 3 декабря 1966 года. Мемориал был создан в память о
Из книги Как читать человека. Черты лица, жесты, позы, мимика автора Равенский НиколайДолгая жизнь, короткая жизнь? В юности здоровый и занятой человек, увлеченный жизнью и ее сложностями, редко думает о смерти. Однако по мере старения он все больше осознает скоротечность жизни и задается вопросами о будущем. Может быть, основной вопрос звучит попросту так:
Из книги Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века автора Новиков В ИЖизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина Роман (Кн. 1-я - 1963–1970; кн. 2-я - 1979)Книга первая. ЛИЦО НЕПРИКОСНОВЕННОЕКнига вторая. ПРЕТЕНДЕНТ НА ПРЕСТОЛПроизошло это перед началом войны, не то в конце мая, не то в начале июня 1941 г. Почтальонша Нюрка Беляшева из
Из книги Как выжить в армии. Книга для призывников и их родителей автора Пономарев Геннадий ВикторовичОбязанности солдата В этой главе. Учеба - первейшая обязанность солдата. Знание фамилий, должностей, званий комсостава. Изучение и поддержание в рабочем состоянии оружия и военной техники. Соблюдение техники безопасности. Поддержание физической формы. Выполнение
Из книги Зарубежная литература XX века. Книга 2 автора Новиков Владимир ИвановичРаспорядок дня солдата Продолжительность служебного времени военнослужащих, проходящих службу по призыву, определяется распорядком дня воинской части.В армии тоже, как и в санатории, есть такое понятие как «распорядок дня». Надеюсь, это не вызовет у вас
Из книги Великая Отечественная война. Большая биографическая энциклопедия автора Залесский Константин АлександровичПохождения бравого солдата Швейка во время мировой войны (Osudy dobreho vojaka Svejka za svetove valky) Роман (1921–1923, неоконч.) Швейк, в прошлом солдат 91-го пехотного полка, признанный медицинской комиссией идиотом,
Из книги Как выжить и победить в Афгане [Боевой опыт Спецназа ГРУ] автора Баленко Сергей ВикторовичАрмии ПВО 1-я воздушная истребительная армия ПВО. Создана 9.6.1943 на базе 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО для обороны Москвы и Подмосковья.Командующие: А. В. Борман (6.1943–4.1944); А. И. Митенков (4.1944–3.1945); С. А. Пестов (3.1945–5.1945)Бакинская армия ПВО. Сформирована в
Из книги Обучение действиям в наступательном бою автора Гавриков Федор Кузьмич Из книги Следствие ведут едоки автора Буренина Кира Из книги Вооруженные Силы СССР после Второй Мировой войны: от Красной армии к Советской автора Феськов Виталий Иванович Из книги автораЖизнь без сладкого – не жизнь? Когда в 1877 году швейцарец Петер Веве смешал какао-порошок с молоком, он и не подозревал, что за это открытие ему будут благодарны миллионы сладкоежек.Общеизвестно, что многие вкусные продукты не слишком полезны для человека. В полной мере это
Из книги автораГлава 5 Танковые (бронетанковые и механизированные, бронетанковые) войска и кавалерия Советской Армии (Красной Армии) в 1945-1991
Действительно, что в книгах, что в фильмах, очень редко показывалось, что происходит именно «за кадром» военной жизни. И, если так проанализировать, то в тех же фильмах не показана та часть солдатского быта, которая для зрителя в основном была бы неинтересна, а вот для солдата являлась, наверное, самой значимой.
Это ежедневный быт.
Вроде бы и не такая интересная вещь, но, тем не менее, значимая. Больше всего на правду был похож фильм «В бой идут одни старики», но у летчиков бытовые условия были несколько отличны от пехоты или танкистов. У последних, по мнению режиссеров, показывать особо нечего.
А между тем даже в условиях войны организации быта уделялось внимание. Насколько хорошо? Ну, хотелось бы лучше, но что было, то было. И хотелось бы поговорить именно на тему того, что происходило в ту войну именно тогда, когда затихали бои.
Еда, сон, тепло и баня - вот что нужно было бойцу. Но, несмотря на тяжелые условия, люди читали книги и газеты, ходили в кино, занимались художественной самодеятельностью, пели, танцевали под гармошку, слушали радио и отдыхали. Правда, в основном во втором эшелоне и по праздникам. Пять-десять раз в год.
Оставим еду на потом, поговорим о вещах еще более редких в описаниях, но весьма значимых. О санитарии.
«Кормить вшей на фронте» - эту расхожую фразу слышал, наверное, каждый. Судя по архивным документам, масштабы распространения педикулёза в войсках во время Великой Отечественной войны достигали катастрофических размеров, а для борьбы с вшами была даже создана целая санитарная армада, в которой было свыше сотни спецпоездов и дезинфекционных подразделений.
У 96 бойцов из 100 были вши.
Так, например, к сентябрю 1941 года в частях Западного фронта «завшивленность» личного состава превышала 85%, на Калининском фронте - 96%. Не хватало мыла, бань и прачечных. Не до быта было в то сложное время. Плюс еще в годы войны резко снизилось качество производимого в стране мыла и практически полностью прекратились поставки соды для стирки.
В Ставке поток донесений вызвал озабоченность, и в бой были брошены кадры Научно-исследовательского испытательного института Красной армии (НИИСИ КА).
Научный поиск принёс первые практические результаты к концу 1941 года: на вооружение Красной армии стали поступать специальные банно-прачечные и дезинфекционные поезда (БПДП), в которых за час могли пройти обработку до сотни бойцов. Состояли такие поезда из 14-18 вагонов: раздевалок, формалиновых камер, душевых, прачечных и сушилок. Паровоз же обеспечивал паром и горячей водой весь этот банно-прачечный комбинат.
Спецпоезда дезинфицировали по 100 бойцов в час.
К концу 1942 года в Красной армии было уже более сотни таких поездов. Естественно, спецпоезда не могли выдавить всех вшей и гнид на фронте. Действовали они далеко от передовой и обрабатывали в основном прибывающее в действующую армию пополнение, либо бойцов частей, отводимых для пополнения или переформирования.
Стиркой формы занимались полевые прачечные отряды (ППО) и прачечно-дезинфекционные отряды (ПДО), которые вытравливали вшей целым набором химикатов.
Насекомых травили скипидаром, ДДТ и жгли огнём.
Главным средством борьбы с насекомыми стали «синтетические инсектициды», которыми обрабатывались бойцы и их обмундирование. Поначалу это были бисэтилксантоген, на основе которого изготавливались «мыло К» и «препарат К-3», хлорированный скипидар (СК) и его мыльный вариант СК-9, пиретол, анабазинсульфат и прочие средства.
Понятно, что по многим причинам санитары не могли обработать каждого воина Красной армии.
И тогда солдаты пользовались народными методами борьбы со вшами. Например, прожаривание. В общих чертах действо выглядело так: завшивленные гимнастёрки и телогрейки складывались в металлическую бочку, закрывались сверху крышкой и жарились на костре. Но зачастую вместе со вшами погибало и обмундирование.
Большой популярностью в окопах пользовались частые гребешки, которые приходили на фронт в основном по линии гуманитарной помощи от населения. Вшей попросту вычёсывали. Как рассказывают фронтовики, почти все стриглись «под ноль» и даже сбривали брови, старались не носить полушубки и прочие «вшивники».
И еще одна деталь. Опять же по рассказам, как только в конце 1942 - начале 1943 года стало получше с питанием, вши как-то угомонились. «Вша, она, зараза, голодного и слабого любит», - часто говаривал дед.
К концу войны проблема педикулёза в армии начала сходить на нет. Одной из причин стала нормализация банно-прачечного обслуживания войск. Так, если за 1942 год солдаты помылись в бане 106 636 000 раз, то в 1944-м почти в 3 раза больше - 272 556 000 раз. В 1942 году тыловыми подразделениями было продезинфицировано 73 244 000 комплектов обмундирования, а в 1944-м - уже 167,6 млн. комплектов.
«У немчуры богатые одеялки были, шерстяные», - вспоминал мой дед Николай. Учитывая, что в расположениях немцев он часто оказывался раньше других солдат, да еще и тогда, когда немцы отступать не собирались, вполне мог прибарахлиться. Но… Шерстяные одеяла немцев были просто рассадниками насекомых.
Во время войны лечение больных состояло в применении различных мазей, распространен был и метод Демьяновича, согласно которому донага раздетые больные втирали в тело сверху вниз раствор гипосульфита, а затем соляную кислоту. При этом ощущается давление на кожу, схожее с натиранием мокрым песком. После лечения больной может еще 3-5 дней чувствовать зуд как реакцию на убитых клещей. При этом многие бойцы за войну успевали переболеть этими заболеваниями десятки раз…
Вообще, мытье в бане и прохождение санитарной обработки проходили, в основном находясь во втором эшелоне, то есть не принимая непосредственного участия в боях.
Летом бойцы имели возможность купаться в реках, ручьях, собирать дождевую воду. Зимой же не всегда была возможность не только найти уже готовую баню, сооруженную местным населением, но и построить самим временную.
Здесь, особенно в местах, где баню построить проблемно (те же ростовские степи, например), на выручку приходило еще одно изобретение НИИСИ КА - автобани.
Собственно, грузовик с герметичным кузовом, в котором смонтирована печка и бак с водой. Но там, где нет дров, и печка на солярке была вполне.
Фронтовой быт однозначно являлся одним из факторов боеспособности личного состава, он создавал такие условия, когда присутствие самых необходимых явлений в жизни бойцов становилось жизненно необходимым.
Бойцы и офицеры жили в таких условиях, когда самые необходимые для обеспечения жизнедеятельности вещи, такие, как питание, мытье в бане и санитарная обработка, денежное довольствие и свободное от службы время становились практически единственными доступными удовольствиями. А так как и они зачастую отсутствовали, то их наличие превращалось в самодостаточный комплекс "радостей жизни".
А ведь еще надо было и воевать…
И тем не менее, вшей изводили, чинилась обувь и обмундирование, паялись котелки, точились бритвы. Это была целая армия тех, кто помогал солдатам именно преодолевать тяготы и лишения.
Можно долго еще говорить о том, насколько плох или не совсем плох был фронтовой быт советских бойцов. Стоит еще сказать о том, что, в отличие от немецкой армии, отпуска в РККА были редкостью, одной из высочайших наград. Так что оказаться вдали от передовой, после бани, в чистом - это уже было неплохо. Это помогало.
Просто серия фотографий, повествующих о том, что фронтовой быт старались наладить если не должным образом, то хотя бы просто наладить.
Наверное, получилось все-таки лучше, чем у немцев. Если судить по результату, не правда ли?
УДК94(47)"1941/45"
ОТДЫХ И ДОСУГ КАК КОМПОНЕНТ ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ КРАСНОЙ АРМИИ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Ларионов Алексей Эдиславович, кандидат исторических наук, доцент кафедры «История и политология», [email protected]
г. Москва
Настоящая статья посвящена малоисследованной до настоящего времени проблеме отдыха и досуга военнослужащих действующей армии (РККА) в годы Великой Отечественной войны. На основе мемуарных и архивных источников рассматриваются различные грани организации отдыха солдат и офицеров Красной Армии в 1941-1945гг, осуществляется комплексный анализ приводимых исторических фактов и примеров в контексте истории военной повседневности и событий Великой Отечественной войны. Делаются выводы о значительном влиянии специфики отдых и досуга на боеспособность частей и соединений Красной Армии и на исход войны в целом.
This article is dedicated to so far uncharted problem of leisure and recreation of soldiers of the army (Red Army) during World War II. The author considered different aspects of organization of leisure of officers and soldiers of the Red Army in 1941-1945, performed a comprehensive analysis of historical facts, and cited examples in the context of military history and the everyday events of the Great Patriotic War. All this is based on the memoirs and archival sources. The article presented conclusions about the significant impact of specific recreation and leisure activities on fighting efficiency of units and formations of the Red Army and on the outcome of war in general.
Ключевые слова: война, досуг, отдых, повседневность.
Keywords: War, leisure, recreation, everyday life.
Мало кого может оставить равнодушным известная картина советского художника Ю.М. Непринцева «Отдых после боя», написанная в 1960 г., но задуманная им ещё в годы войны, когда он услышал в солдатской землянке строки из поэмы «Василий Тёркин». Эта картина словно бы открывает нам окно в ту грань Великой Отечественной войны, которая, чаще всего, остаётся за рамками нашего основного внимания - солдаты не идут здесь в атаку и не отражают натиск врага, а отдыхают, пользуясь редкой, а для многих и последней, возможностью хоть на краткий миг отрешиться от страшной реальности войны, почувствовать себя просто людьми, вспомнить дом, близких, написать или прочитать письмо, спеть песню.
Помню, как в разговоре с одним из ветеранов во время празднования 50-летия Победы (1995 г.) меня буквально поразила одна его реплика в ответ на вопрос кого-то из молодых собеседников о том, не страшно ли было на войне. Николай Васильевич Червяков, уроженец села Костино Дмитровского района Московской области ответил тогда буквально
следующее: «После того, как пройдёшь под осенним дождём километров 30 с полной выкладкой, то так устанешь, что о смерти уже и не думаешь. Только бы упасть и уснуть. Даже если и убьют - слава Богу, хоть отдохну». Получается, война - это не только сражения и подвиги, но и тяжелейшая работа, поглощающая все моральные и физические силы человека. Но человек не может только тратить их - ему необходимы хотя бы кратковременные передышки, паузы, хотя бы для того, чтобы потом снова идти в бой.
Что же представлял собой отдых советских солдат и офицеров в годы Великой Отечественной войны, как они распоряжались своим свободным временем, много ли его у них было, какими способами восстанавливали свои силы, сбрасывали нечеловеческое напряжение? На эти и смежные с ними вопросы попытаемся дать ответ в настоящей статье.
Первое, что необходимо понять, говоря о досуге и отдыхе военнослужащих, - это то, что всякая армия есть строго регламентированный социальный организм, в котором формализованные нормы и стандарты касаются любой стороны жизни. Потому-то ошибкой будет полагать, будто отдых солдата - это время его полной свободы. Основная масса вопросов досуга красноармейцев находилась в ведении Главного Политического управления (Главпура) РККА, в составе которого согласно утверждённой ещё 1 ноября 1938 г. оргструктуре существовал Отдел культуры и пропаганды.1 Очевидно, что организация культурного досуга была неразрывно связана с задачами партийнополитического воспитания личного состава. Таков был взгляд «сверху», существовавший до войны, не претерпевший в этом плане существенных изменений и в военное время. Потому-то политработники различных уровней нередко старались заполнить солдатский досуг разного рода воспитательными и политическими беседами. Однако воспринималось это в реальной боевой обстановке по-разному, далеко не всегда однозначно и не всегда так, как это ожидалось организаторами. Многое здесь зависело от личности конкретного политработника, его умения найти общий язык с солдатами, понять, что же они действительно хотят услышать и какие слова способны всколыхнуть их сердца.
Поэтому в воспоминаниях фронтовиков, воевавших в различных званиях и в разных родах войск, можно встретить диаметрально противоположные оценки политработников, их значимости и сыгранной роли. В то время как одни ветераны признают их значимость и нужность, другие не скрывают своего негативного отношения, откровенно заявляя, что политработник только мешал нормально отдыхать после боёв и тяжёлых переходов. Чтобы не быть голословным, приведу несколько цитат из
1 Как следует из архивных документов, в его состав в октябре 1941г. был включён Отдел культурнопросветительских учреждений, а сам Отдел агитации и пропаганды в июле 1942г. был преобразован в специальное Управление агитации и пропаганды ГЛАВПУРККА. - См. ЦАМО, фонд 32, оп.11302, 11315.
воспоминаний участников Великой Отечественной войны, иллюстрирующих как первую, так и вторую точку зрения.
Например, в воспоминаниях командира танковой роты старшего лейтенанта Иона Лазаревича Дегена о причинах негативного отношения к политработникам говорится достаточно резко и откровенно. В числе прочего, содержится и такая характерная деталь, как чрезмерная активность замполитов во время затиший, что мешало танкистам качественно отдохнуть: «...Если честно, у нас и не было много свободного времени. Во время затишья мы занимались своей техникой, тренировками, изучали район боевых действий и так далее. Да ещё на нашу голову сваливались всякие замполиты, проводившие бесчисленные, никому не нужные партийные и комсомольские собрания. Отдыхать нам особо не приходилось».
В другом месте своих воспоминаний этот же ветеран вновь обращается к теме взаимоотношений с политработниками, категорично утверждая, что в танковых войсках они были вообще не нужны, т.е. фактически являлись помехой. К тому же он приводит ряд крайне негативных характеристик конкретных политработников, с которыми ему приходилось встречаться. Однако такое мнение, хотя и имеет своих сторонников в среде ветеранов, не является единственным. Другие участники войны высказываются по-иному. Например, ветеран противотанковой артиллерии Николай Дмитриевич Марков отзывается о роли политработников следующим образом: «Я отдаю должное этим людям. Это были инженеры человеческих душ. На войне человеку тяжело, ему надо поговорить. Это были ребята культурные, вежливые. Они выполняли свою функцию по воспитанию человеческой души. Это зависит от человека, но, в принципе, это нормальные ребята. Они воспитывали правильное отношение к человеку».
Можно привести и пример третьего мнения, относительно нейтрального. Ветеран, его высказавший, воспринимал политработников как некую неизбежность, оценивая их действия коротко: «Работа у людей была такая». Безусловно, по нескольким мнениям проблематично составить полную картину того, как воспринимали бойцы действующей армии общие усилия политработников по воспитанию личного состава в свободное время. Однако ясно одно, а именно то, что определённая часть свободного от военных действий (или подготовки к ним) времени обязательно занималась под морально-воспитательные беседы, в том числе идейно-политического характера. Таким образом, советский солдат на войне не был полновластным хозяином своего досуга, хотя именно это было мечтой (чаще всего несбыточной) большинства военнослужащих, ежедневно находившихся под реальной и высоковероятной угрозой гибели или ранения. Тем сильнее было у людей желание расслабиться, отвлечься от военных будней.
По свидетельствам участников войны, воспоминания о доме и семье, о довоенной жизни, составляли существенную часть бесед во время отдыха и затишья на фронте. Они же с успехом играли роль релаксационного средства, равно как и наполняли смыслом само бытие солдата на войне, поскольку делали бои, стрельбу во врагов и даже саму смерть не бессмысленной мясорубкой, а только средством защиты нормальной невоенной жизни. «Кровавый бой», по выражению Твардовского, действительно шёл «ради жизни на земле». Надо ли подробно говорить о том, как важно было для миллионов солдат ощущать связь с домом, с родными местами, с оставленными за сотни и тысячи километров родными и близкими? Практически единственным средством поддержания этой связи была фронтовая почта. Письма писались с фронта и на фронт с первого до последнего дня войны. Треугольник письма стал своеобразным символом Великой Отечественной. Отсутствие писем из дома нервировало солдат, понижало их общее моральное состояние, поэтому нет ничего удивительного в том, что с первых дней войны вопрос нормальной и своевременной доставки писем в действующую армию стал предметом внимания на высшем государственном уровне.
Свидетельством этого является посвящённое вопросам почтового сообщения Постановление ГКО от 20 августа 1941 г., ставшее основой функционирования фронтовой почты в течение всей войны:
Совершенно секретно
Москва Кремль
ОБ УЛУЧШЕНИИ РАБОТЫ ПО ПЕРЕВОЗКЕ И ПЕРЕСЫЛКЕ ПИСЕМ И ПЕЧАТИ В КРАСНУЮ АРМИЮ И УЛУЧШЕНИИ РАБОТЫ ПОЧТОВОЙ СВЯЗИ В СТРАНЕ
В целях радикального улучшения работы по перевозке и пересылке писем и печати в Красную Армию и улучшения работы почтовой связи в стране - Государственный Комитет Обороны постановляет:
1. Обязать НКПС:
а) включить почтовые вагоны в составы всех скорых, пассажирских и товарнопассажирских поездов;
б) в случае скопления значительного количества почтовых отправлений и печати и невозможности перевозки их в обычных почтовых вагонах, выделять по требованию органов НКСвязи товарные вагоны, прицепляя их к прямым маршрутным поездам.
2. Запретить дальнейшую мобилизацию автотранспорта и конского поголовья, занятого на перевозке почтовой корреспонденции и печати.
3. Ввести с 22 августа 1941г. обязательную платную трудгужповинность населения для обеспечения бесперебойной перевозки и доставки почты и печати на внутриреспубликанских (внутриобластных и внутрирайонных) почтовых трактах. Оплату за перевозку почты производить в соответствии с установленными НКСвязи нормами оплаты за перевозку почты для каждой области (края, республики).
Совнаркомам Союзных и автономных республик и областным (краевым) исполкомам Советов депутатов трудящихся обеспечить для указанных целей бесперебойное выделение гужевого транспорта по заявкам местных органов НКСвязи.
4. В целях улучшения перевозки и доставки почты и печати в действующие части Красной Армии, обязать ГУГВФ (т. Молоков) с 21 августа 1941 года ежедневно перевозить транспортными самолетами красноармейские письма и газеты по следующим маршрутам:
1. Ленинград - Петрозаводск - Мурманск
2. Москва - Ленинград
3. Москва - штаб Западного фронта
4. Москва - штаб Центрального фронта
5. Москва - Харьков
6. Харьков - штаб Юго-Западного фронта
7. Харьков - штаб Южного фронта
8. Харьков - Ростов
5. Для обеспечения нормальной перевозки почтовых отправлений и печати в звене фронт - армия не позже 22.VTTT.1941 г. выделить для каждого управления полевой связи фронта по 20 автомашин вместе с водительским составом, а всего 140 автомашин ГАЗ-АА за счет мобилизации их в народном хозяйстве.
6. Ответственность за бесперебойную перевозку красноармейских писем и печати в звене армия - войсковые соединения возложить на Военные Советы армий.
7. Обязать НКВД СССР:
а) Оказывать местным органам НКСвязи всемерную помощь в организации и обеспечении своевременной перевозки и доставки почтовой корреспонденции и газет, взяв под свое особое наблюдение прохождение почтовой корреспонденции и печати на важнейших железнодорожных, автомобильных и гужевых трактах и узлах перевозки почты;
б) организовать работу военной цензуры таким образом, чтобы, начиная с 21 августа 1941г., задержка писем в органах военной цензуры, как правило, не превышала 36 часов.
8. Обязать НКСвязи и НКО закончить формирование и укомплектование учреждений полевой связи для всех соединений действующей армии не позже 20 августа 1941 г.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ И. СТАЛИН Выписки посланы: т.т. Пересыпкину, Берия, Шапошникову, Чадаеву - все СНК республик, обл(край)исполкомам, ЦК, обкомам, крайкомам - п. 3; т. Молокову - п. 4; т. Кагановичу - п.п. 1, 7-а.2
В приведённом документе особый интерес вызывают пункты 2 и 3, оговаривавшие запрет мобилизации почтового транспорта на посторонние нужды и привлечение гражданского населения для перевозки почты по трудмобилизации. Фактически, это означало, что доставка почты становилась задачей стратегического значения наравне со строительством укреплений. Потому правомерно говорить о существовании государственно-управленческой тенденции по организации досугового времени красноармейцев, пристальном внимании и заботе об их психологическом отдыхе как важном условии успешного ведения военных действий.
2 РГАСПИ, фонд 644, опись 1, д.7, лл.125-126.
стр. 125 из 262
Также при анализе данного документа следует обратить внимание на его дату и уровень. Август 1941 года - тяжелейшее в плане военной обстановки время: германские войска рвутся к Ленинграду и Киеву, замкнут «Уманский котёл», ставший гигантской могилой для 6-й и 12-й общевойсковых армий Юго-Западного фронта, немцы и румыны осаждают отрезанную от «Большой земли» Одессу, в страшной спешке и неразберихе, при отсутствии воздушного прикрытия осуществляется эвакуация. И вот в это страшное для страны время верховное военно-политическое руководство СССР на уровне самого Сталина находит возможным и необходимым обсудить меры и принять вполне конкретный, не допускающий двояких толкований, документ по вопросу оптимизации доставки почты сражающимся и погибающим на фронтах бойцам и командирам!3 Это может служить дополнительным, хоть и косвенным свидетельством того, что высшее советское руководство не теряло веры в Победу даже в критической, точнее, катастрофической ситуации лета 1941 года. И это была именно глубокая внутренняя убеждённость, а не фраза или жест, рассчитанные на сиюминутный внешний пропагандистский эффект.
Приведённый документ может привлечь наше внимание и ещё по одной причине. Тот факт, что высшее руководство СССР во главе со Сталиным (без чьего просмотра и санкции это постановление вообще не появилось бы) изыскало возможность летом 1941 г. специально озаботиться доставкой почты в действующую армию, говорит против расхожего тезиса о том, что на бойцов и командиров смотрели как на «пушечное мясо». Как известно, данная мифологема весьма популярна в либерально-антисоветской историографии и публицистике, посвящённой теме Великой Отечественной войны. В интересах исторической истины можно подвергнуть ревизии этот тезис, в том числе и с опорой на фактологический материал по военной повседневности.
Однако не стоит преувеличивать степени воздействия «сверху» на организацию солдатского отдыха и досуга в условиях фронта. Общие организационно-управленческие усилия, даже с идеологическим компонентом, вовсе не означали тотального и мелочного контроля за тем, чем занимаются военнослужащие в свободное время. В связи с этим уместно обратиться к ещё одной грани фронтового досуга - это выступления артистов и литераторов перед бойцами и командирами Красной Армии. В своё время в общественном сознании был создан стереотип, согласно которому приезд певцов, артистов театров, поэтов на передовую был чуть ли не обыденным явлением во время Великой
3 Необходимо заметить, что вплоть до февраля 1943г. в официальной и повседневной практике употреблялись именно понятия «боец» (либо «красноармеец») и «командир», тогда как термины «солдат» и «офицер» связывались с дореволюционным прошлым и были официально введены в обиход в феврале 1943 г. вместе с возвращением погон старого образца.
стр. 126 из 262
Отечественной войны. Своеобразными символами стали песни «Синий платочек» в исполнении К. Шульженко и «Валенки» в исполнении Н. Руслановой. Последняя исполняла её в мае 1945 г. на ступеньках Рейхстага в присутствии маршала Г. К. Жукова. Эти действительно яркие моменты деятельности советских артистов оставляли глубокое впечатление у всех, кто был их свидетелем или хотя бы слышал о них. Однако насколько часто солдатам первого эшелона действующей армии действительно выпадала подобная удача? Ответ на этот вопрос могут в какой-то степени дать «солдатские мемуары».
Так, в собранных Артёмом Драбкиным воспоминаниях серии «Я дрался.» ни один (!) из фронтовиков не приводит случая выступления профессиональных артистов на передовой, отвечая отрицательно на соответствующий вопрос. Не приводят таких случаев в своих дневниках и воспоминаниях бывший самоходчик Электрон Приклонский, артиллерист Пётр Демидов, командир батареи 76-мм орудий Иван Новохацкий, бывший командир взвода танкового десанта Евгений Бессонов и др. Уже упоминавшийся Ион Лазаревич Деген как особо примечательный случай вспоминает приезд в часть Ильи Эренбурга: «Никакого организованного досуга у нас не было. Никогда к нам не приезжали артистические бригады или фронтовые ансамбли. Я не помню, чтобы к нам в бригаду приезжали писатели или корреспонденты центральных газет. Сразу после взятия Вильнюса на расстоянии 20 метров я увидел своего кумира тех лет, знаменитого писателя и публициста Илью Эренбурга. Ко мне подошёл его сопровождающий, в звании капитана, и сказал:
Младший лейтенант, с вами хочет побеседовать товарищ Эренбург.
Но я перед этим хорошо выпил, от меня разило спиртом за версту, и я постеснялся подойти к Эренбургу. Сказал, что мне приказали немедленно прибыть в бригаду. После дико сожалел о своей глупости. Эренбурга уважали все фронтовики».
Таким образом, появление профессиональных артистов, равно как и других деятелей культуры, на передовой было, скорее, исключением, нежели правилом. Это касалось даже тех частей и родов войск, которые находились в сравнительно привилегированном положении. Например, служивший в 298-м Гвардейском артиллерийском полку РВГК (Резерва Верховного Главнокомандования) Николай Иноземцев в своём пространном и подробном «Фронтовом дневнике» ни разу не упоминает о приезде артистов. Это, однако, не означает, что в частях действующей армии какая-либо культурная жизнь отсутствовала вовсе. Просто организовывалась она на ином, собственно армейском уровне. Самодеятельные творческие коллективы были, практически, в каждой части и соединении, причём собирались в них люди талантливые, способные обеспечить своим боевым товарищам полноценный культурный досуг.
стр. 127 из 262
Ниже приводится характерное описание празднования Нового года (1945 г.) в воинской части, находившейся на передовой. При анализе первоисточника необходимо учитывать, что праздник происходил на завершающем этапе войны, когда военный быт являлся отлаженным, фронтовая самодеятельность органично вписалась в его структуру. В начале воны, особенно в период отступлений и окружений, едва ли была возможность организовывать столь масштабные празднества.
«Днём 31 декабря еду.встречать Новый год. Клуб иллюминирован, в центре большая ёлка с игрушками, на сцене - традиционные цифры «1944», сделанные из красных лампочек (видимо, описка автора, по хронологии дневника и описываемых в нём событий, встречали именно 1945 год). Начинается концерт. Выступает хор. Гимнастический этюд Тарасенко. С диким криком и визгом появляется из зала Мезенцев
в. клоунском костюме. На ремнях, верёвках и верёвочках тащит за собой дюжину собак всех мастей и размеров. Долго их рассаживает по голосам и «солистка» собачьего хора Роза (фокстерьер начальника штаба) начинает завывать под губную гармошку Сержа Мезенцева. Номер проходит с огромным успехом. Несколько вещей Симонова читает Сафонов. Первое отделение кончилось. Во втором выступает трио с «Тиритомбой» и украинскими песнями. Затем Лобов под аккомпанемент баяна исполняет «Офицерский вальс» самую популярную вещь зимы 1944 г.
Первое отделение кончилось. Во втором выступает трио с «Тиритомбой» и украинскими песнями, затем - ритмичный танец и появление Сержа. В трудных пируэтах вдруг замирает с головой, обращённой к нотам и кричит конферансье:
Переверни, переверни!
Номер оригинален и вызывает громкий хохот солдатской аудитории. Выступает джаз. Одна за другой исполняются любимые песни собравшейся аудитории. Завершается концерт «Красноармейским плясом», мастерски поставленным Мезенцевым. Впечатление у всех от концерта, без преувеличения, - самое хорошее».
Подобные описания самодеятельной организации праздников и знаменательных дат, дней рождения можно в достаточном количестве встретить в мемуарной литературе и дневниках фронтовиков. Однако и здесь необходимо отметить определённую избирательность. Она с очевидностью вытекает даже из приведённого отрывка. Во-первых, автор - офицер артиллерии, не полевой и противотанковой, которая часто именовалась служившими в ней солдатами и офицерами «Прощая, Родина!» либо «Ствол длинный - жизнь короткая!», а не менее чем корпусного уровня и Резерва Ставки. Даже солдатский состав находился в частях РВГК на относительно привилегированном положении.
стр. 128 из 262
Никаких подобных описаний мы не встретим в воспоминаниях пехотинцев, танкистов, войсковых разведчиков, миномётчиков батальонных и даже полковых миномётов.4 При той интенсивности боевых действий, их напряжённости и высоких потерях, существовавших в названных родах войск, не было и быть не могло ни времени, ни сил, ни соответствующих ресурсов для организации отдыха и досуга на столь высоком уровне. Впрочем, отсутствие возможности вовсе не означает отсутствия желания. Потому, как только выпадала свободная минутка, пауза между боями или перерыв в маршах, солдаты и офицеры любых родов войск проявляли удивительную находчивость и изобретательность в организации досуга, развлечений и отдыха как индивидуальных, так и коллективных.
«Немного глубже в тыл, где располагался штаб дивизии, у политического отдела была большая землянка-клуб. Там демонстрировались кинофильмы, выступали с концертами артисты, которые приезжали к нам на плацдарм5, выступала наша фронтовая самодеятельность, проводились другие мероприятия. Но бывать нам в ней приходилось редко. Во-первых, не хотелось поздно через лес возвращаться к своему расположению. Во-вторых, у нас не выкраивалось время, потому что стояли мы на танкоопасном направлении и ослаблять внимание просто не имели права. Так за всё время только и видели два кинофильма.
Но скучать мы не скучали - доморощенных артистов у нас своих хватало. Особым вниманием пользовался механик-водитель Семён Поздняков. Он был начинён всякого рода историями, рассказывал так уморительно и забавно, не хуже любого артиста. Вокруг него всегда собиралось много ребят, и хохот не умолкал. А если вкупе с гармошкой, то получалось не хуже, чем в именитом театре. Нельзя без улыбки вспоминать эти прекрасные минуты нашего фронтового отдыха».
Из приведённого отрывка очевидно подтверждение уже сказанного - отсутствие реальной возможности организованного культурного отдыха и его посильная замена свободными импровизациями и силами самих военнослужащих в промежутках между боями. Как видно, рассказчик нигде ни словом не говорит о том, что ему и его товарищам было обидно по поводу невозможности посещать «клуб», смотреть кинофильмы или выступления профессиональных артистов. Подавляющее большинство солдат и офицеров Красной Армии воспринимали трудности фронтового быта как вполне естественные в
4 В РККА к батальонным относились миномёты калибра 82 мм, к полковым - калибра 120мм. См.: Советская военная энциклопедия. Т.5. М., 1978. С.306.
5 Часть, в составе которой воевал Станислав Горский, входила в состав 1-го Белорусского фронта и в момент описываемых событий находилась на левом берегу Вислы, на Наревском плацдарме, готовясь к Висло-Одерской операции.
стр. 129 из 262
сложившихся обстоятельствах и предпочитали выходить из положения самостоятельно. Из этого можно сделать второй промежуточный вывод: наряду с централизованными мерами по организации свободного времени и отдыха личного состава РККА в годы Великой Отечественной войны не менее значимую, а порой и более важную роль играли самостоятельные, в порядке личной инициативы, действия военнослужащих действующей армии по созданию для себя и своих товарищей сферы досуга, развлечений и отдыха. Можно сказать, что в этом отношении Красная Армия была вполне автономным организмом, в котором существовали, устойчиво поддерживались и самовоспроизводились традиции и навыки по организации отдыха, невзирая на перманентно экстремальные обстоятельства и высокую степень текучести личного состава в боевых частях в результате потерь в период интенсивных боёв. При этом, как следует из мемуарных источников, явное предпочтение отдавалось коллективным формам отдыха и досуга, в которых равноправными участниками, а не пассивными зрителями, выступали большинство военнослужащих части или подразделения: это касается анекдотов, песен и плясок, совместных воспоминаний о доме и обсуждения новостей, сообщаемых в письмах. Данный феномен коллективности как значимого фактора солдатского отдыха в период Великой Отечественной войны, бесспорно, заслуживает того, чтобы ему было уделено особое внимание. В нём, как в капле воды, отразилась специфика человеческих взаимоотношений не только в Красной Армии военного периода, но и советского общества предвоенного и военного периода как общества традиционного в своей основе, члены которого связаны друг с другом солидарно-идеократическими связями. Здесь мы видим и характерные для русского традиционного общества стремление к созданию автономных и самовоспроизводящихся структур восстановление привычного жизненного уклада, массовое равноправное участие в увеселениях с временным игнорированием служебной иерархии и армейской субординации и создание эффективных релаксационно-компенсаторных механизмов в экстремальных и даже смертельно опасных условиях. Проявлению всех этих социокультурных особенностей способствовала и связанность всех военнослужащих общей целью, гомогенной сотериологической телеологии Православия - соборному спасению. В данном случае эта сотериологическая идея трансформировалась в идею коллективного спасения Родины. Подтверждением этого могут служить и популярные песни военных лет, часто исполнявшиеся солдатами во время отдыха. Во всех них, от «Священной войны» до «В лесу прифронтовом» или «Эх, дороги.», явственно доминирует идея коллективной, общей судьбы, полного и всецелого подчинения индивидуального общественному, однако без растворения первого в последнем, что также соответствует христианскому идеалу, где
слияние человеческой личности с Богом не означает её стирания, а лишь придаёт ей полноту и совершенство. Отзвук, отблеск такого слияния пронизывал повседневную жизнь красноармейцев в годы Великой Отечественной войны, что отразилось, в частности, на примерах отдыха и досуга. Сколь бы пафосно это ни звучало, но армия, организованная на таких идеалах, действительно была непобедима, какие бы тяжёлые поражения она ни понесла в начале войны. Так, через призму разрозненных фактов военной повседневности можно выйти на уровень кардинальных вопросов изучения событий и закономерностей Великой Отечественной войны и предложить оригинальные варианты ответов на них.
Жизнь и свободное время в любых обстоятельствах не сводятся к одним только развлекательным моментам. У каждого человека всегда присутствуют желание побыть одному, отвлечься от любых внешних забот и тревог, погрузиться в мир своих самых сокровенных желаний и переживаний. Казалось бы, невыполнимая для фронта и армии задача. Однако и здесь люди ухитрялись находить ту нишу, куда не долетали кровь и грохот войны. Она была в их душах и выражалась в переписке с родными и близкими людьми. Об организации почтового сообщения в действующей армии уже говорилось. Здесь рассмотрим только то, как в жизни реализовывалась потребность солдат в общении. Письма с фронта и на фронт шли в течение всей войны. Читались и писались всегда, когда предоставлялась такая возможность. При анализе переписки военных лет, хранящейся в архивах, музеях и частных архивах, неизменно возникает странное ощущение: солдаты и офицеры, авторы писем, словно бы забывали о том, где и в каких обстоятельствах они находятся. Войны для них в эти моменты как будто совсем не было, а были только родные люди, с которыми давно не виделись и хочется поговорить о жизненно важных для всех вещах; либо война упоминается как досадная помеха, не дающая людям счастливо жить. Чтобы не быть голословным, приведу только одно письмо фронтовика домой:
«Здравствуй, дорогая дочурка Раечка! Поздравляю тебя с днем твоего рождения с надеждой, что к этому дню 21 января 1943 года ты это письмо получишь. Дорогая Раечка, искренне от всего сердца желаю я тебе большого счастья, расти и будь здоровой. Пишу тебе это письмо в ночь под новый год, через несколько минут наступит 1943 год. Поэтому я поздравляю одновременно тебя с Новым счастливым 1943 годом! Дорогая дочь, я очень сожалею, что я сегодня не вместе с вами, в нашей маленькой любимой семье встречаю новый год. Жаль, что не имею такой возможности видеть тебя в День твоего рождения, и слышать твой голос. Но пока идет война, мы должны уничтожить немцев, а может быть, день твоего рождения я отмечу подвигом по уничтожению фрицев. Эта война ведется не на жизнь, а на смерть, чтобы победить врага и предоставить вам <...> юношам
стр. 131 из 262
счастливую крепкую жизнь, чтобы вам не видеть немецкую кровавую кабалу. Раечка, как вернусь домой, снова заживём, все позабудут былые бури и невзгоды. Снова заживем под музыку. <...>Ну а сейчас, Раечка, нужно слушаться маму и бабулю, жить в совете с Витей. Ну, все, на этом я кончаю своё письмо, живы будем - эти письма войдут в историю семьи и попадут в семейный архив. Будь здоровенька, дорогая дочь. Крепко целую тебя. Твой папа. 1 января 1943 года».6
Практически все фронтовые письма дышат любовью и глубоким духовным спокойствием, резко контрастирующим с окружающими обстоятельствами. Любовь, будучи важнейшей потребностью человека, находила себе место и среди войны и смерти, составляя важную и глубоко интимную часть военной повседневности. Иной раз ради краткого свидания солдат или офицер совершали поступки, немыслимые с точки зрения военной дисциплины. О мимолётной любви по пути на фронт вспоминает московский ополченец Владимир Шимкевич , о своих встречах и расставаниях с русской девушкой, пережившей ужасы оккупации на Западной Украине пишет в мемуарах офицер-артиллерист Пётр Демидов: «Неожиданно дивизион передислоцировался в село Хотын. Жалко было расставаться с полюбившейся мне Анютой. Сколько в Хотыне мы простоим, никто не знал, но мне вдруг захотелось увидеть свою хозяйку: я наскоро тогда простился с ней, сказав лишь несколько тёплых слов. Стал продумывать, как и на чём съездить в Баратин? Машина исключалась. Велосипед!.. Вскоре я уже стучался в окно Анюты. Ночь пролетела как один час. Расставание было трогательным: оба понимали, что вряд ли увидимся когда-нибудь ещё раз. ». Представьте себе, офицер действующей армии, командир дивизиона реактивных миномётов («катюш»), готовящегося к передислокации в связи с поставленной боевой задачей, в ночь один едет за несколько километров, предупредив об этом лишь ординарца и заместителя по боевой подготовке! В том случае, если бы он опоздал к общему сбору, ему бы грозил трибунал, но это его не пугало. Без сомнения, таких примеров было огромное количество, хоть и не все они заканчивались так же благополучно, как этот.
Однако, как было сказано в начале данной статьи, неизменным спутником солдат в годы войны была усталость. Часто солдаты и офицеры были лишены самых минимальных удобств. Тем ценнее они были в их глазах. На первое место выступали возможность помыться, поспать в тепле и сухости, обогреться. Часто это было самой лучшей формой отдыха. Советские солдаты проявляли чудеса изобретательности в организации походных бань, а уж спать могли при малейшей возможности. Если не было крыши над головой, то бойцы с удовольствием спали на корме танка, куда доходило тепло двигателя, танкисты
6 Письмо взято с сайта: http://www.krskstate.ru/pobeda/pisma. Дата обращения: 11.12.2010.
стр. 132 из 262
укладывались прямо в боевом отделении и т.п. Однако сколь часто сон их прерывался внезапной боевой тревогой, необходимостью вновь наступать или отражать атаку врага. Тем драгоценнее становились минуты отдыха, украденные у войны и смерти. В этом смысле песня на слова Алексея Фатьянова «Соловьи» невероятно точно передаёт дух военных лет. Певец просит соловьёв не тревожить солдат. Не будем же тревожить их и мы, а просто вспомним с благоговением и благодарной памятью тех, кто своим жертвенным подвигом дал возможность последующим поколениям спать спокойно.
Завершая настоящую статью, хотелось бы подвести некоторые итоги. Из проанализированного материала с очевидностью вытекает, что отдых и досуг солдат и офицеров Красной Армии в годы Великой Отечественной войны, как и вся их повседневная жизнь в этот период, существовали и развивались на нескольких взаимопересекающихся линиях:
1) организованные и самодеятельные формы;
2) коллективные и индивидуальные;
3) идеальные и утилитарные составляющие.
Отдых и досуг (как и вся повседневная жизнь РККА) развиваясь в контексте событий войны, обладали не только эндогенным (средство релаксации), но и экзогенным смыслом - как один из факторов, обеспечивших конечную победу СССР в войне.
В числе привходящих факторов, обусловивших многообразие форм военного отдыха и досуга, были тот или иной период войны, обстановка на фронтах вообще и на данном участке, в частности, характер военных действий (наступление, оборона или отступление), личные человеческие качества солдат, офицеров и политработников, определявшие качество их взаимоотношений, в том числе во время досуга.
Если абстрагироваться от перечисления конкретных фактов и вариантов их локальной интерпретации, перейдя на более общий уровень анализа, то можно сделать вывод о том, что фронтовой отдых со всеми его составляющими - это не просто попытка отвлечься от крови и смерти в их запредельной концентрации, но и нечто большее -неосознанное отрицание войны как арпвп патологического состояния и столь же бессознательное стремление воспроизвести, восстановить нормальную, то есть мирную жизнь хотя бы на краткое время.
В конечном итоге, на примере военного отдыха и досуга можно ещё раз убедиться в событийной и смысловой неисчерпаемости, многогранности и неоднозначности такого глобального исторического феномена, как Великая Отечественная война, а следовательно, и в необходимости дальнейшего развития исторических исследований в её области.
Литература
1. Бессонов Е. И. На Берлин. 3800 километров на броне танков. М., 2005.
2. Горский С. А. Записки наводчика СУ-76. Освободители Польши. М., 2010.
3. Демидов П. А. На службе у бога войны. В прицеле чёрный крест. М., 2007.
4. Драбкин А. Вставай, страна огромная./серия «Я помню». М., 2010.
5. Драбкин А. И всё-таки мы победили/серия «Я помню». М., 2010.
6. Драбкин А. Священная война/серия «Я помню». М., 2010.
7. Драбкин А. Я дрался на Т-34. М., 2009.
8. Драбкин А. я дрался с панцерваффе: двойной оклад - тройная смерть. М., 2007.
9. Драбкин А. Я ходил за линию фронта: откровения войсковых разведчиков. М., 2010.
10. Иноземцев Н. Н. Фронтовой дневник. М., 2005.
11. Лоза Д. Ф. Танкист на «иномарке». М., 2007.
12. Михеенков С. Е. В донесениях не сообщалось. Жизнь и смерть солдата Великой Отечественной. М., 2009.
13. Михеенков С. Е. Взвод, приготовиться к атаке!.. Лейтенанты Великой Отечественной. М., 2010.
14. Новохацкий И. М. Воспоминания командира батареи. Дивизионная артиллерия в годы Великой Отечественной войны. М., 2007.
15. Першанин В. Штрафники, разведчики, пехота. «Окопная правда» Великой Отечественной. М., 2010.
16. Приклонский Э. Е. Дневник самоходчика. Боевой путь механика-водителя ИСУ-152. 1942 - 1945. М., 2008.
17. Шимкевич В. Судьба московского ополченца. М., 2008.
ИЗ ОПЫТА РЕШЕНИЙ НЕКОТОРЫХ СОЦИАЛЬНО-БЫТОВЫХ ПРОБЛЕМ
НА СЕЛЕ В 70-80-е ГОДЫ (НА ПРИМЕРЕ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ)
Баранов Александр Васильевич, кандидат исторических наук, профессор кафедры «История и политология», [email protected]
ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса»,
г. Москва
Статья посвящена реализации комплексных мероприятий по социальноэкономическому преобразованию сельских поселений. В ней анализируется работа партийных, советских и хозяйственных руководителей Подмосковья по обновлению и реконструкции сел и деревень с целью создания наиболее благоприятных условий для проживания, отдыха после трудового дня и всестороннего развития сельских тружеников и их детей.
The article is devoted the implementation complex measures for socio-economical transformation of rural settlements. It analyzes the work of the party, of governmental and economical leaders of the Moscow region in the aspect of renewal and reconstruction of villages in order to create the most favorable conditions for living, relax after hard day"s work and the comprehensive development of rural workers and their children.
Ключевые слова: селяне, обновление, услуги, кооперация.